Курс ЦБ на 14.05: $ 73.34 € 85.90
Пропавшая половина: что на самом деле случилось с вологжанами, пропавшими без вести в Великую Отечественную
В 1995 году в честь 50-летия Великой Победы в Москве на Поклонной горе в парке Победы был открыт «Памятник без вести пропавшим солдатам без могил». Фото с сайта «Музея Победы» victorymuseum.ru
По официальным данным, потери советских Вооруженных сил в годы Великой Отечественной войны — почти 8,7 миллиона человек. Около половины из них считаются пропавшими без вести. Сколько среди них вологжан, неизвестно до сих пор.
В январе 2009 года в Санкт-Петербурге на заседании российского оргкомитета «Победа» число пропавших без вести впервые официально было озвучено тогдашним Президентом РФ Дмитрием Медведевым — 2,4 млн человек. Также оставались неизвестными имена 6 млн воинов из 9,5 млн, находящихся в зарегистрированных 47 тысячах братских могилах на территории нашей страны и за рубежом. И это притом что поисковикам удалось установить имена и перезахоронить больше 28 тысяч считавшихся пропавшими без вести...
Между тем, как следует из данных, опубликованных на сайте Минобороны России, составленных на основе войсковых донесений и сведений органов репатриации, в 1941–1945 годах пропало без вести или попало в плен 3,396 млн военнослужащих. Кроме того, к этой категории отнесена и часть из 1,162 млн неучтённых потерь первых месяцев Великой Отечественной. К пропавшим без вести также отнесли примерно 500 тысяч военнообязанных, призванных по мобилизации, но так и не зачисленных в списки личного состава. Итоговое число солдат, пропавших без вести, — 4,5 миллиона. Это чуть больше, чем население Хорватии, и чуть меньше населения Коста-Рики.
Последние данные по потерям Вологодской области в Великой Отечественной войне озвучивались лишь в апреле 2015 года. Согласно им, на фронте погибли 203 811 вологжан из 370 тысяч призванных. А сколько числится пропавшими без вести, так и не назвали.
Но это не значит, что их не было.
15 дней на поиск
Учёт потерь вёлся в соответствии с приказом Народного комиссариата СССР от 15 марта 1941 года. Этим документом командирам предписывалось, в частности, после каждого боя проверять личный состав и немедленно доносить о безвозвратных потерях. Когда смерть солдата была установлена, а место погребения — известно, разрешалось известить родственников о произошедшем. Потерявшиеся бойцы — те, про кого не было достаточной информации, в свою очередь, продолжали учитываться в штабе полка как временно выбывшие, на их поиск отводилось 15 дней.
«После 15-дневного срока без вести пропавшие заносятся в список безвозвратных потерь, исключаются из списков части с донесением по команде. По истечении 45 дней о без вести пропавших извещаются родственники. Если впоследствии судьба без вести пропавших военнослужащих выяснена, то о них немедленно сообщаются дополнительные сведения как по команде, так и РВК или родственникам», — говорится в документе.
Ещё в 1940 году вышло постановление Совета народных комиссаров, устанавливающее пенсии семьям как погибших, так и пропавших в период боевых действий. Право последних на пособие было подтверждено уже через неделю после начала войны указом Президиума Верховного Совета, а позднее распространено Совнаркомом на всё время войны и продлено до конца 1946 года. Полученное извещение и было основанием для назначения пенсии.
При таком порядке оказаться пропавшим без вести мог любой солдат, отставший от подразделения при передислокации. Или, например, раненый, подобранный другой частью или попавший в госпиталь, особенно если он остался без документов. Кроме того, иногда при бомбёжке гибли целые роты вместе с командиром, и тогда просто некому было составить донесение о потерях. Тогда к потерявшимся могли отнести всё подразделение.
А иногда человек просто... исчезал.
Исчезновение сержанта Короткова
Уроженцу деревни Антоново Устюженского района Вологодской области Николаю Короткову не исполнилось и 19 лет, когда он исчез.
19 января 1943 года Сокольский райвоенкомат призвал 18-летнего Николая в армию. Тем не менее, как указано в справке архива минобороны, в РККА (Рабоче-крестьянской Красной армии) он значится лишь с 4 марта 1943 года — в действующую воинскую часть он был зачислен, очевидно, только после прохождения «Курса молодого бойца» и принятия присяги.
Затем Николай Коротков некоторое время служил в 240-м запасном стрелковом полку. Последнее письмо от сына (от 6 мая 1944 года) мать получила с обратным адресом: «Полевая почта 57999». А это уже 1062-й стрелковый полк.
В книге учета рядового и сержантского состава этого полка за 1944 год указано, что 28 июня 1944 года Николай выбыл на курсы сержантов. Но обратно в часть не вернулся.
Согласно семейной легенде, эшелон, на котором он должен был прибыть, разбомбили... Однако по сей день в «Книге Памяти Вологодской области» он значится пропавшим без вести с сентября 1944 года.
Кавалер Белой розы
А вот судьбу другого жителя Вологодской области, тоже до сих пор считающегося пропавшим без вести, удалось проследить до самого конца.
Больше четырёх лет понадобилось финским властям, чтобы установить: житель Бабаевского района Николай Тимофеевич Антонов, пропавший без вести на фронте в августе 1941-го, и проживающий в Швеции пенсионер Ниило Анттонен — одно и то же лицо.
Николая Антонова, вместе с матерью выселенного в Бабаевский район из финской деревни в Ингерманландии (сейчас — территория Ленинградской области), призвали в армию еще в 1940-м. А в 1941-м он был «забыт» отступающими советскими войсками на острове. С детства владеющий финским Николай угодил в плен к союзникам фашистов финнам, был там переводчиком, а затем был вынужден поступить на службу в финскую армию. Первое же боестолкновение с советской разведкой завершилось для него тяжелым ранением и ознаменовало окончание военной «карьеры».
Он не ждал милостей от Финляндии, которая, в 1944 году выйдя из войны, начала возвращать в СССР всех русских, вынужденно оказавшихся под её знаменами в рядах союзников гитлеровской Германии. Спасаясь от устроенной на него финскими властями охоты, Николай под именем Ниило Анттонен сбежал в Швецию, где обзавелся семьей и потом работал. Боясь за свою мать, которая могла попасть под жернова репрессий как мать предателя, он не пытался связаться с нею...
О его судьбе внучка написала книгу «Ингерманландец», вышедшую на шведском в 2018 году.
Николай Антонов, не особо афишировавший свою судьбу, не получал какого-либо дополнительного ветеранского пособия, только заработанную пенсию по старости.
«Николай Тимофеевич Антонов действительно умер на холодном острове, брошенный отступающими войсками, но Ниило Анттонен сумел выжить в военное лихолетье и нашел свое счастье в Швеции», — пишет его внучка.
Спустя годы отношение финнов к ветеранам коренным образом изменилось: их стали награждать, обеспечили пенсией (в среднем — порядка 2000 евро; для сравнения: пособие безработным в Финляндии — 560 евро). А всех ингерманландцев, участвовавших во Второй мировой войне, решили удостоить медалей. «Ветерана Ниило Анттонена» наградили медалью рыцаря высшей государственной награды Финляндии — ордена Белой розы 1-го класса. Ближайший наш аналог медали этого ордена — медаль «За победу над Германией».
Никаких денежных и любых других преференций эта награда не даёт, но 97-летний Николай Тимофеевич был впечатлён и немедленно нацепил медаль на грудь, ведь это единственная его военная награда.
На его 100-летие шведские и норвежские родственники устроили у окон его дома праздничный салют. Почти забывший русский язык Николай Антонов умер на 103-м году жизни в сентябре 2024 года.
Но в «Книге Памяти Вологодской области» он до сих пор значится под номером 97бв как пропавший без вести...
Правовая дилемма
Заведующий казанским Музеем-мемориалом Великой Отечественной войны Михаил Черепанов, основываясь на подсчетах минобороны, говорит уже о почти 5 миллионах пропавших без вести, при этом примерно 700 тысяч из них стали изменниками Родины.
Именно щекотливый момент с коллаборационистами уже не один десяток лет не позволяет решить одну правовую дилемму, неизменно натыкаясь на справедливое сопротивление минобороны.
СССР (Россия) — единственная страна-участница Второй мировой войны, в которой на государственном уровне не решен законодательно вопрос признания погибшими пропавших без вести. Хотя в части 2 статьи 45 действующего Гражданского кодекса РФ сказано, что «военнослужащий, пропавший без вести в связи с военными действиями, может быть объявлен судом умершим по истечении двух лет со дня окончания военных действий».
Пропавшие — не обязательно погибшие.
Нужно ли знать об их настоящей судьбе и ворошить прошлое? Спросите у родственников, которые по-прежнему оплакивают их в День Победы...
Вологодских осужденных проконсультировали по правовым вопросам
Подведены итоги Спартакиады трудовых коллективов города Вологды
